MANON (manona) wrote,
MANON
manona

Categories:

"Отцы и дети" Дуни Смирновой - немного впечатлений

Люблю классику. Ещё люблю её трактовки, интерпретации, всевозможные экранизации и постановки. Они бывают более удачными, менее удачными, совсем хреновыми и просто совпадающими или не совпадающими с моим видением произведения. Но на мой взгляд, классика остаётся таковой ровно до тех пор, пока современникам хочется продолжать её переосмысливать. В противном случае классика превращается в архаику.
В общем, поэтому я радуюсь новым экранизациям классических произведений, даже если это бортковские комиксы по Достоевскому.

Так что когда обнаружила, что в своё время пропустила 4-хсерийный фильм Дуни Смирновой "Отцы и дети", они были немедленно включены в длинный список "посмотреть обязательно", и это желание даже довольно быстро нашло свою реализацию.

Оговорюсь сразу: Дуню Смирнову я люблю. Люблю по "Школе злословия", по встречам со зрителями, люблю как сценариста "Дневника его жены", люблю как человека умного, тонкого и очень талантливого. Наверное, поэтому от режиссёра Дуни Смирновой я ожидала чего-то особенного. Ну вот и сама себе злобная буратина.

Не то чтобы экранизация плоха. Просто она вся как-то поверху. А "Отцы и дети" - одна из моих любимых вещей, и ещё в начальной школе я видела в ней нечто большее, чем историю чувака, который понтовался-понтовался, а потом влюбился и умер.

Дело тут, мне кажется, прежде всего в системном подходе. Я очень часто вспоминаю по этому поводу слова Алла Демидовой: "Достоевского, например, — мало сыграть характер и органику. Сначала надо играть Достоевского, потом тему — больной совести, — а потом уже характер. А не начинать с характера…" И это, конечно, не только про Достоевского. Чтобы играть (и ставить) Тургенева, тоже нужно сначала ставить и играть трагедию нового и старого человеков, да ещё через призму очень непростого восприятия того и другого, через призму вины, ностальгии, иронии и многих других сложных вещей. И ещё, из той же Демидовой: "Техника есть практически у всех, это самое обидное. Стало трудно отличить артиста от имитатора — некую сумму технических приемов набрали все. Но большинство играет «себя в предлагаемых обстоятельствах». А это неинтересно, по-моему. Надо играть дистанцию по отношению к герою — умение увидеть его со стороны, целиком, отстраниться что ли… То ли у людей не хватает опыта, то ли — элементарно — времени".

Что мы имеем в экранизации Дуни Смирновой? Охренительная харизма Устюгова, играющего Базарова. Ну вот просто прёт. То есть нигилист наш мало того, что хорош собой изумительно, так ещё и обладает пластикой сексуального хищника в сочетании с иронично-интеллектуальным прищуром. В общем, моё женское сердце и другие органы, падкие на такие штуки, неоднократно трепетали во время просмотра. Но вот этим, пожалуй Базаров Смирновой и исчерпывается. Ничего другого я в нём не увидела. Не только я, кстати, - сам Устюгов говорит о своём герое следующее: "Он уверенный в себе, сильный самец! А как показывает практика, это всегда нравится женщинам. Отрицательные качества тоже зачастую привлекают в мужчине. Все это есть у моего героя, вот вам и результат! Причем, интеллект и образование здесь далеко не на первом месте". Ну и собственно, всё.

А самый интересный в фильме - Павел Петрович. Прекрасный Смирнов (кстати, папа Дуни), которого я как актёра и узнала-то только в "Елене" Звягинцева, сделал этого светского льва в отставке мягче и теплее, чем он воспринимался мною в оригинале. Но при этом он остался вполне в характере и - единственный - получился глубже, чем весь фильм. Поэтому и все сцены с его участием имеют больше измерений. И дуэль его с Базаровым вдруг приобретает дополнительный смысл. Позднее, когда Одинцова приедет к умирающему Базарову и на прощание оставит ему перстень, живо напомнивший о перстне со сфинксом, с которым просил похоронить себя Павел Петрович, эта параллель станет уж совсем очевидной. И это - режиссёрская интерпретация, с которой я хотя и не согласна, но которая, едва ли не единственная, последовательно проведена через фильм и оставляет возможности для размышлений, чуть более глубоких, чем "Ах, как хорош этот мерзавец". Правда, для непонятливых, Катя в эпилоге впрямую озвучит идею сходства двух несходностей (одна из очень немногих текстовых "отсебятин" в фильме). И будет это совершенно лишним.

Катя, между прочим, великолепна в своей некрасивости и медленно раскрывающемся навстречу зрителю обаянии, а также в том, о чём в книге Аркадий говорит как о характере, едва ли не более сильном, чем у сестры, а Базаров и в оригинальном тексте, и в фильме описывает словами "за себя постоит, да и так постоит, что и тебя в руки заберёт". Одинцова же, напротив, довольно трафаретна и к тому же, на мой вкус, не слишком красива (хотя должна бы вроде). Но она в фильме вполне себе статистка, так что сойдёт.

Родители Базарова очень колоритны и трогательны сами по себе, но... как-то выпадают они изо всей этой, в основном любовной истории, рассказанной Дуней Смирновой. И даже пронзительное "Возропщу!!" Василия Базарова "не выстрелило", потому что ружьё не было заранее как следует заряжено (на мой взгляд, этот закон отлично работает в обратную сторону: если ружья на сцене нет, то и выстрелу взяться неоткуда, а если он всё же звучит, то выглядит нелогичной нелепицей).

Ну и напоследок недоумение из серии иррационального: вот как Соловьёву удаётся в совершенно условных декорациях создать полную атмосферность того, что он делает, и почему у других (Дуня Смирнова тут не исключение) она не получается, даже если съёмки проходят в исторических интерьерах и любовно отстроенных имитациях?


Tags: дневник читателя-зрителя слушателя 11
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments